Национальные раличия и индивидуальное право. Тема 21-го века

Львица играет со львенком. Фрагмент сакральной скульптуры из императорской резиденции – запретного города Гугун Фото: Елена Костенко
11.11.09 08:00Сколько просмотров этой статьи1445Сколько комментариев этой статьи1

Согласно Георгию Гюрджиеву, Вельзевул, просвещая внука относительно природы людей, отметил их склонность терзаться «обезьяньим вопросом»: «Им хочется во что бы то ни стало узнать: они ли произошли от этих обезьян или эти самые обезьяны произошли от них». Обезьяний вопрос стоит за всякой попыткой унификации мироустройства. Прошедший в Пекине XXIV Всемирный конгресс философии права и социальной философии вновь показал: обоснование однозначного ответа – мартышкин труд.

Конгресс собирается раз в два года, предлагая интеллектуалам обозначить актуальные координаты цивилизации. Открывает его непременно признанное светило. В 2005-м в Испании это был немецкий критик Америки Юрген Хабермас. Главной звездой в Пекине выступил американец – профессор Колумбийского университета Джозеф Раз. Его участие отдельно упоминалось в альбоме с коллекционными марками, выпущенными китайской почтой по случаю форума.

Конгресс впервые проходил в Азии, тема – декларативно примирительная: «Глобальная гармония и верховенство права». Но эти понятия не противоречат друг другу только на первый взгляд. Осознание того, насколько разные ценности за ними стоят и насколько уверены сегодня выбравшие «гармонию», обернулось фрустрацией для многих западных делегатов.

Некоторые впали в нее с первого дня – из-за доклада Джозефа Раза. Он осмелился осторожно констатировать реальность национальных различий в понимании индивидуальных прав. Цена вопроса – тарантиновское little differences. Но согласиться с этим – значит отказаться от веры в безальтернативность западного либерализма, еще так недавно победившего в холодной войне. «Вопреки преобладающей текущей риторике права не являются абсолютными. Их справедливая интерпретация и реализация требуют чувствительности к культурному разнообразию и законности иного их применения», – меланхолично резюмирует Раз.

Вопросы срываются до обвинений. «Так можно и Холокост оправдать!» – бросают взъерошенные обществоведы рожденному в Палестине еврею Джозефу Разу. Бодрийяра могли б и поколотить. О нагнетании темы прав человека до суеверной абракадабры он писал еще в 90-м: «Право на жизнь» заставляет трепетать все набожные души до того момента, пока из него не выводят логически право на смерть, после чего его абсурдность становится очевидной. Потому что смерть, как и жизнь, есть судьба, фатальность (счастливая или несчастная), но отнюдь не право».

После выступления профессора Гарварда и Пекинского университета Ту Вэймина эмоции приутихли. Кто-то задумался, кто-то и приуныл. Повлияла на делегатов и ежедневная реальность Пекина – города, в изобилии и ритме которого трудно поверить, что где-то есть экономический кризис.

Ту предложил увидеть современность сквозь идеи Конфуция, властвующие над Азией – в Китае и обеих Кореях, в Таиланде и Сингапуре. Напомнил о том, что в современной культуре, в том числе массовой, слышны йога и Дхарма, Коран и Каббала, суфизм и даже Вуду, а не одна только Библия.

Идею «мягкой силы» – привлекательности масскульта, обеспечивающей, по теории глобалистов, превосходство либерализма, дезавуировал на ее хрестоматийном примере – «Макдоналдсе». Которому пришлось существенно откорректировать меню, чтобы удержаться на рынках Китая и вегетарианской Индии. Да и в Украине «Макдоналдс» предлагает свинину на завтрак – хоть бы создатель бигмака и поперхнулся в гробу. Предвещавшейся глобализацией стандартизации уже не случилось. Локальные особенности оказались сильней. «Похоже, странный термин «глокальный» (glocal) довольно четко схватывает эту сложность», – ухмыляется Ту Вэймин.

Глокализацию в Срединной Цветущей Народной Республике (так дословно переводится с китайского название их страны) практиковали и до словотворчества профессора Ту. Когда 12 лет назад Гонконг вошел в состав КНР, соответственно тезису отца китайских реформ Дэн Сяопина «одно государство – два строя» в бывшей британской колонии на 50 лет было решено сохранить существовавшие экономические порядки, образ жизни, законы. Вплоть до права окончательного приговора. Пекин осуществляет суверенитет над Гонконгом в области обороны и иностранных дел. То же – с Макао. К этому сценарию намерены склонить и Тайвань. Во что бы то ни стало.

Главной добродетелью конфуцианства является человечность. Но она здесь – не великодушие и не любовь к ближнему, а пробуждение к социальному бытию. «Преодоление самого себя и возвращение к ритуалу – это человечность», – учит Конфуций. Осознание себя частью социальной среды и своего долга в ней – credo конфуцианства, завещанное им прозрение. Конфуцианство не знает Бога, отвергает мистику как непознаваемое, но китаец вам скажет: «Это наша религия». И живет она две с половиной тысячи лет. Неизменно адаптируя все прочие культы на территории Поднебесной к декоративной обрядности.

Гармоничное общество, по Конфуцию, – то, где сильная власть ответственна и моральна, она служит народу, а народ – государству. Все объединены долгом. Противоречия с коммунистической идеологией нет. А вот права человека и верховенство права сюда не вписываются. Морально-этические нормы в Китае остаются источником права, на них опираются при вынесении приговора суда наравне с кодифицированными законами. А нарушителей этой гармонии, три месяца бушевавших на площади Тяньаньмэнь – Небесного спокойствия, – в 89-м усмирили танками.

Мир увидел в этом реванш маоизма. Но участник тех волнений, доктор философии Ван Хуэй, в эмиграции сделал акцент не на студентах, а на угрожающем количестве рабочих, протестовавших на Тяньаньмэнь. Они выступали против неравенства и социальной незащищенности, принесенных экономическими реформами. Танки положили конец дискуссии, рынок восторжествовал бесповоротно.

Гуру глобализации Фрэнсис Фукуяма был полон оптимизма в своем «Конце истории»: ее ход в новейшее время демонстрировал, что либеральная демократия является основанием экономического роста, отвергавшая это советская система потерпела крах, а значит – у мира нет другого пути. Иначе – экономическая стагнация. Под ее бременем авторитарные режимы неизбежно падут, и история закончится счастливым единомыслием. Но, сохранив однопартийную систему и запретив использование в СМИ выражения «права человека», Китай настолько уверен в темпах своего роста, что председатель Ху Цзиньтао предлагает затормозить перегрев экономики. Его программа «научного развития» и «гармоничного общества» направлена на укрепление гарантий социализма в обеспечении населения за счет перераспределения сверхприбылей рынка. Компартия уже отнесла ее к идеологическим достижениям наравне с учением Мао и идеями Дэна.

Считая подъем Китая «самым успешным экономическим экспериментом прошлого века», британский политолог Марк Леонард констатирует: «Таким образом больше не является аксиомой тезис о том, что либеральная демократия необходима в качестве фундамента для экономического развития». Даже ничего не предпринимая во внешнем мире, КНР показала ему альтернативу фукуямова выбора: демократизация на условиях Запада или изоляционизм. Но Поднебесная и делом поддерживает глокализацию – предоставляя кредиты, активно инвестируя в экономику развивающихся стран и не высказывая им никаких идеологических пожеланий. Китайские инвестиции в Африке превышают вливания всех бывших колонизаторов континента. Так, Ангола, потратив годы на переговоры об условиях займа от МВФ, в один день отказалась подписывать выстраданный документ, получив льготный кредит от Пекина.

Три года назад посол КНР в Украине Гао Юйшен сказал мне в интервью: «После России и Казахстана Украина – третий по значимости экономический партнер Китая в СНГ». Серьезное заявление – после победы у нас проамериканского президента и первой «газовой войны» с Россией. Но ни Ющенко, ни Тимошенко, визитируя Азию в поисках денег, не додумались посетить Пекин. Внешнеполитическая кривошея – беда для национального интереса.

Определенный китайский опыт, правда, не экономический, премьер наша уже усвоила. Ангажировав целый взвод «не сук и не крыс» (по Наталье Могилевской) петь, танцуя, «з Україною в серці». Зрелище – точно из китайской телепрограммы, где Джеки Чан поет о Компартии в честь 60-летия провозглашения КНР. Только публичные грезы госпожи премьер-министра о диктатуре – не из той оперы. В отличие от Мао у нее нет ни одной идеи, кроме себя при власти.

«Клиника Дорошенко Грищенко» предложила на Пекинском конгрессе метафору – художественный проект Майкла Мерфенко «Инсектоиды и рептилоиды – поиск гармонии», взяв за основу идею кыргызстанского ученого Ильяса Садыбакасова, делящего мир на рептилоидные народы, живущие индивидуализмом, и инсектоидные, верные психологии улья (см. «ПЛ» № 5 (58), 2008 г.). Работы для инсталляции в Пекинском зале науки создавались в духе глокализации – Мерфенко рисовал китайской тушью на рисовой бумаге, которая, кстати, производится совсем не из риса. Открытие выставки переросло в диспут – об обществе, искусстве и праве. Резюмируя его, Алексей Кресин (Украинская ассоциация сравнительного правоведения) достиг поэтичности: «Если я считаю иного достойным, я не могу стремиться сделать его подобным себе, я признаю его право быть иным и даже оставаться непонятным для меня. Достаточно просто принять, позволить ему быть непохожим, оставить ему пестовать гармонию – ведь иной оставляет нам право бороться за верховенство права. Так происходит и с правом Мерфенко-художника на ненаучное, утопическое конструирование реальности, а его видение межцивилизационных отношений может оказаться глубже и аутентичнее того, что предлагают ученые».

Философский форум в Пекине оставил обезьяний вопрос без ответа. К счастью, человечество не получается унифицировать.

Константина Дорошенко («Клиника Дорошенко Грищенко», специально для «ПЛ», Пекин – Шанхай – Киев)

Комментарии

[12.11 15.31] Андрей Черкасов
а вот любопытно, кто-нибудь может объяснить в чём и в самом деле заключаются национальные отличия русского от украинца? а над китайцами ёрничать не надо. КПК не уничтажала государство и систему а реформировала. Поэтому ты сейчас читаешь эти строки с экрана монитора, произведённого, скорее всего, в китае а не на украине. а произошло это потому, на самом деле нет никакого особого "украниского" или "китайского" пути. просто государство в своей повседневной жизнедеятельности должно руководствоваться не каким-то там особым национальным путём, а элементарным здравым смыслом и чувством самосохранения.

На открытый разговор приглашаем Вас в нашу группу в facebook

Реклама

Среда, 13.12.2017

Закругление верхнее-левое

20:25Два года тюрьмы за клип с бананом. Видео

20:09Победитель конкурса отказался стать начальником Николаевского городского управления образования

19:45Самолет нарисовал в небе над Германией елку с игрушками

19:00Московские хирурги пришили отрубленные топором руки. Видео

18:31Канада сняла запрет на продажу Украине оружия

18:09Кабмин обновил Национальный перечень лекарств

16:51Часть улицы Адмиральской на месяц станет пешеходной зоной

16:39Исламские страны признали Восточный Иерусалим столицей Палестины

16:15ДТП в Харькове: Зайцева признала свою вину

15:54На Николаевщине могут уволить трех глав РГА

15:38Нервным женщинам необходимо ежедневно пить шампанское, - ученые

15:22В Первомайске впервые за пять лет начали ходить поезда

15:05Китайская компания презентовала бюджетный клон iPhone X

14:42Кабмин поручил «Укроборонпрому» рассчитаться с долгами по зарплате перед николаевцами до 25 декабря

14:12Экс-директор ЧСЗ Калашников назначен и.о. директора «Николаевского судостроительного завода»

13:58Австрия возобновила транзит газа в Европу после взрыва

12:47Украина просит у ЕС новую макрофинансовую помощь

12:29Пятеро николаевских воинов награждены знаком «Святой Николай Чудотворец»

11:34Ученые узнали секреты психики долгожителей

11:16Из-за аварии в Австрии Украина временно сократит транзит газа из РФ в Европу

Архив новостей
Закругление нижнее-левое

Фоторепортажи

Самые комментируемые

Самые читаемые

Погода в Николаеве

Анонсы и реклама